Печатная книга

Авторы бестселлеров New York Times « Геном и Эволюция всех», изучая экзотические ритуалы птиц, пересмотрели теорию откровений Дарвина о выборе супруга и подумали о том, как этот процесс спаривания усложняет наши представления об эволюции человека.

У всех животных спаривание - это сделка. Но очень немногие существа ведут себя как простая или даже взаимовыгодная сделка. Больше живых существ испытывают страх, подозрение, беспокойство и насилие в отношении сексуального поведения. Возьмем, к примеру, черную курочку, которая является основной птицей в исследовании Мэтта Ридли, самцы которой танцуют и поют по несколько часов в день в течение нескольких месяцев, что является тяжелым и даже смертельным ритуалом, известным как « поле ухаживания». Чтобы справиться с этим испытанием, они вырастают, расчесывают перья и демонстрируют своеобразные, искаженные, ярко окрашенные перья. После этого половой акт с самкой занимает всего несколько секунд. Тогда зачем тратить месяцы на практику и подготовку, такую громоздкую, роскошную, усталую и элегантную?

Полный ответ остается загадкой. Эволюционные биологи могут объяснить, почему самцы обычно являются горячими продавцами, а самки - придирчивыми покупателями. Но им трудно объяснить, почему у некоторых видов эта роскошь не просто блестит, а демонстрирует странные формы, позы и поведение. Кроме того, почему шоу этих птиц выглядит красиво для нас, людей, которые, кажется, не участвуют в этом виде.

Начав с утреннего « поля ухаживания», Редли исследовал эволюционные научные исследования ярких цветов, причудливых украшений и изысканных дисплеев птиц по всему миру. Чарльз Дарвин считает, что цель такой демонстрации - "очаровать" самку. Хотя теория Дарвина изначально была опровергнута и похоронена в течение десятилетий, научные исследования последних лет вновь подтвердили его правоту - существование мощной эволюционной силы, отличной от естественного отбора: выбора супруга. В своей книге « Птицы, секс и красота» Редли вновь раскрывает историю запутанной теории Дарвина, раскрывая вековые разногласия по поводу этой мощной, странной и замечательной идеи, смысл которой мы, возможно, еще не полностью поняли.